Герои Чернобыля.

В этом году исполняется 30 лет со дня катастрофы на Чернобыльской АЭС. Последствия самой страшной в истории человечества техногенной катастрофы устраняли тысячи человек со всего Советского Союза, в том числе и наши земляки. Один из них - житель Сыктывкара Николай Мазур. Его в Чернобыль отправили в 1987, через год после аварии. Тогда на месте катастрофы начальник боевой подготовки Гражданской обороны Коми АССР возглавил пункты санитарной обмывки и обслуживания техники, которая использовалась в ликвидационных работах на АЭС.

Николай Мазур - дачник со стажем. Зелень любит, а потому даже дома разбил зимний сад. Именно чересчур насыщенный зелёный цвет листьев на деревьях удивил его, когда он впервые приехал на Чернобыльскую АЭС. Хвойные под воздействием радиации, напротив, порыжели. Офицера из Коми АССР поразили масштабы катастрофы, говорит, чувствовалась некая растерянность даже среди учёных-атомщиков. Что вполне понятно - такого в истории человечества ещё не было. Николай Мазур тогда возглавил пункты санитарной обмывки и обслуживания техники. Под его командованием было двести человек.

- Всё загрязнённое проходило через нас. Мы технику мыли, парили, агрегаты, которые не поддавались обработке , особенно масляные - фильтра, радиаторы, трубопроводы, - снимали, краску отмывали до металла, потому что «светилась». А всё что снималось, загружалось в баки, их запаивали, заваривали и в шламосборники отправляли, - вспоминает Н.Мазур.

В огромных шламосборниках хоронили всё - от детских кукол до новейшей техники. Туда же помещали заражённый грунт. Песок вокруг АЭС менялся каждый день. Сама станция от радиации светилась по ночам.

Сегодня о тех 2 месяцах, которые Николай Мазур провёл в зоне катастрофы, напоминают шрамы на пальцах - ликвидаторы аварии по три раза в день сдавали кровь. Чудом сохранились и пропуска - в Чернобыль, Припять и на саму станцию, куда могли попасть только единицы. Кстати, в начале 2000-х, проезжая мимо зоны отчуждения, Николай Петрович заехал в Припять - мёртвый город атомщиков.

- Вот едешь, остановишься, машину выключишь и аж жутко, тишина, только там, там где-то что-то скрипит. Там белье висит, там одежда на верёвке как была так и висит. И вот это такое угнетение , и как насмешка вот такие розы - цветы на грядках, на клумбах, представляете, - рассказывает Н.Мазур.

Работа на Чернобыльской АЭС не прошла бесследно. После двух месяцев в зоне отчуждения у ликвидатора аварии была сожжена носоглотка, долгое время из носа, глаз, ушей и даже из под ногтей шла кровь. В солнечную погоду он до сих пор чувствует себя неважно. Но несмотря на это офицер твёрдо уверен - если бы тогда точно знал, какими будут последствия, всё равно не задумываясь поехал бы в Чернобыль.

Елена Конанова, Владимир Шешкунас, телеканал Юрган